Trashcity

Московская старина кварталами идет под снос. Но для того, чтобы ее убить, не обязательно пускать под бульдозер. Ее можно просто застроить - так, как это случилось в Замосковречье.

Кадаши - уходящая натура. Успеть бы запечатлеть. Замоскворечье меняется быстрее, чем завершишь набросок карандашом. "Жалко, что в центре Москвы делают большие дома. Это очень плохо", - говорят любители старой Москвы.

По проекту знаменитую церковь Воскресения в Кадашах с трех сторон закроет многоэтажный жилой комплекс. С пентхаусов обещают прекрасный вид на Кремль и храм Христа Спасителя. Отец Александр - один на один с застройщиками. Уже под самими стенами храма они планируют построить японский ресторан. "У нас порочная практика. У нас памятником считают отдельные здания, а вокруг него делают, все что хочешь", - сокрушается настоятель храма, протоиерей Александр.

Это уже произошло с храмом Георгия Победоносца на Балчуге. От прихожан его полностью закрыл помпезный офисный центр. Двухэтажная Москва, купеческие дворики - теперь это все исчезает буквально на глазах. "Вчера мы ложились - здание было, а утром проснулись - здания нет. Все разрушили", - рассказывает жительница Замоскворечья Светлана Иванова.

Еще в семидесятые годы Замоскворечье, как и Остоженка, были признаны заповедными территориями. Историческая застройка должна быть сохранена. Ведь она создает тот самый неповторимый фон для памятников архитектуры. "Их тогда просто назвали заповедными, а не прописали подробно, что можно, что нельзя. Поэтому потеряна Остоженка, и сюда этот процесс влезает. А эта среда совсем уникальна для Москвы, здесь каждый второй дом - это XVII-XVIII век", - говорит архитектор-реставратор, краевед Александр Можаев.

Все, что в радиусе трех километров от Кремля, - это так называемая золотая миля. Клондайк для риэлтеров. Тут лимузины с мигалками "старателей" уже с трудом разъезжаются в узких улочках. Район превратился в одну сплошную пробку. "Во дворе пройти не возможно", - жалуются старожилы.

Офисы наступают на Замоскворечье со всех сторон - несмотря на то, что своим постановлением мэр Москвы запретил их строительство в центре города. Как раз чтобы пробок меньше было.

Еще недавно, здесь на Садовнической набережной, были старинные дома. Потом приехали бульдозеры и зачистили площадку. Та же участь ждет и здания XIX века. Они долгое время были заброшены, потом в них случился пожар и обвалилась крыша. Еще немного - и застройщики сэкономят на сносе. Дома рухнут сами.

В районной управе говорят, что постановление мэра в Замоскворечье строго соблюдают. Офисов на этом месте не будет. Уверяют, что вместо них построят не что-нибудь, а муниципальное жилье для очередников. Кому-то повезет несказанно. Ведь до Красной площади - полтора километра. "Мэр это предложение поддержал, и сейчас мы получаем документы на снос. Памятник? Нет, это не памятник", - уверяет Нина Очкуренка, начальник дирекции по строительству в Управе района Замоскворечье.

Очевидно, памятником считается каменная "хрущевка" по соседству. Ведь сносить "старину" проще, чем реставрировать и, тем более, расселять пятиэтажки.

Новый российский президент Дмитрий Медведев пытается убедить Запад поддержать его идею панъевропейского "пакта о безопасности", выдвинутую в ходе выступления в Берлине 5 июня. Этот пока еще неясный проект воспринимается европейскими администрациями со смесью скептицизма и озабоченности, так как они усматривают в нем желание России показать, что без нее невозможно решать стратегические вопросы, касающиеся будущего континента и архитектуры его безопасности.

Цель такой дипломатической активности, по мнению некоторых, в том, чтобы извлечь выгоду из разобщенности и слабости Европы, а также из передачи политической власти в Соединенных Штатах. "В Москве есть идея всеобщего обсуждения, которое можно будет использовать для консолидации "красных линий" в Европе", – сказал нам источник из ОБСЕ. Кремль хотел бы в результате крупной сделки добиться права вето на любое дальнейшее расширение НАТО, блокады американского проекта противоракетного щита в Европе и нейтрального статуса Украины, Молдавии и Грузии. "Это метод стоп-крана", – говорит источник, отмечая, что за кулисами "нейтралитет Молдавии в последнее время стал для русских главной темой дебатов".

Эта крупная сделка касается и судьбы "замороженных конфликтов" у ворот Европы (Приднестровье, Абхазия, Южная Осетия), ближневосточного и иранского кризисов, поставки углеводородов в Европу и разоружения. "Это был бы невообразимо комплексный пакет", – комментируют в ОБСЕ.

7 июля в рамках саммита G8 в Японии кремлевский лидер рассказал о своем предложении на двусторонних встречах с Николя Саркози и канцлером Германии Ангелой Меркель. Он также развил свою идею в Москве, выступая перед российскими дипломатами.

Идея, выдвинутая Медведевым 5 июня, состоит в том, чтобы "разработать и заключить юридически обязывающий Договор о европейской безопасности. Его сторонами могли бы стать и действующие в евроатлантическом пространстве организации". Такой "региональный пакт" оговаривал бы условия применения силы "во взаимоотношениях в евроатлантическом сообществе". По мнению некоторых аналитиков, это эквивалентно праву контроля над действиями НАТО. Этот пакт, добавил Медведев, помог бы комплексно решить и "вопросы неделимости безопасности, и проблемы контроля над вооружениями в Европе". С 2007 года, несмотря на многочисленные американские попытки поиска компромисса, Москва объявила мораторий на членство в ДОВСЕ, принятом при участии ОБСЕ.

Ведь, по мнению российского президента, "атлантизм как единственный принцип исторически изжил себя – теперь речь должна идти о единстве всего евроатлантического пространства: от Ванкувера до Владивостока". Упомянув Хельсинкский Заключительный Акт 1975 года, Медведев, похоже, предложил создать новую структуру, которая сменит ОБСЕ, объединяющую 56 государств, как раз от Ванкувера до Владивостока.

Примечательно, что Медведев предложил, чтобы при подготовке этого панъевропейского соглашения государства действовали "в своем национальном качестве, оставив блоковые и иные групповые соображения за дверью", руководствуясь только своими "национальными интересами, не искаженными какими-либо идеологическими мотивами". Такая формулировка напоминает попытку отодвинуть на второй план ЕС, НАТО и те ценности, которые олицетворяют собой эти организации.

Несмотря на то, что соглашение о "стратегическом партнерстве" между Россией и Евросоюзом обсуждается в период председательства Франции в ЕС, один источник в Елисейском дворце крайне сдержанно отозвался о плане Медведева: "Мы воспринимаем это положительно постольку, поскольку это не будет удвоением ОБСЕ". 7 июля, выступая перед журналистами, Саркози заявил, что если Москва предлагает создать "дугу безопасности от Ванкувера до Владивостока, это заслуживает пристального внимания".

Ни один из западных руководителей пока формально не подхватил идеи Медведева, которые, по словам дипломатов, больше похожи на пробный камень. Москва уже давно требует пересмотра действующих правил ОБСЕ, особенно в том, что касается институтов, отвечающих за контроль над процессами демократизации.

Предложение Медведева, во всяком случае, представляется более примирительным по тону, чем речь с акцентом холодной войны, произнесенная в феврале 2007 года в Мюнхене его предшественником Владимиром Путиным. Русские, по словам дипломатов, "закидывают удочку", но не рассчитывают на ответ до прихода к власти новой американской администрации.

Натали Нугайред

Копают под Пушкина! И правильно делают

На телеэкранах вижу протестантов с плакатами, вставших на защиту площади и памятника Пушкину. Слышу голоса в услужливо подставленные микрофоны:

- Мы в ужасе!

- Катастрофа на Пушкинской площади!

- Разве можно представить, чтобы в Лондоне рыли под Трафальгарской площадью?

Читаю в газетах и журналах, давно замеченных в оппозиции всему, что делается в Москве.

- Копают под Пушкина!

- Тверская подстава.

- Торжище на месте Пушки!

- Это наше национальное достояние!

- Надо придать Пушкинской площади статус охраняемого места!

Согласен, надо было придать Пушкинской, бывшей Страстной, площади охранный статус. Но поздно, увы. Сталин и Каганович, сокрушая старую Москву, разрушили почти всю площадь. Перед выходом на бульвар ее завершал храм Дмитрия Солунского, ангела Дмитрия Донского. Шатровая колокольня считалась "одной из очень редких по форме". В XIX веке о церкви писали, что она "обращает на себя внимание довольно прекрасной архитектурой. Вообще храм имеет в себе нечто величественное. Внутренность храма чудесна". Послушать пение великолепного хора съезжалась сюда знать. На этом месте до войны построили жилой корпус с магазинами и башней, над которой стояла на одной ноге балерина. О нем говорили "дом под бабой".

Над Страстной площадью на макушке Тверского холма со времен царя Алексея Михайловича главенствовал женский Страстной монастырь. Пятиглавый собор хранил Страстную икону Божьей Матери с изображениями орудий "страстей", которыми пытали Христа. Над округой возвышалась колокольня, игравшая роль доминанты сложившегося архитектурного ансамбля. Разрушили до основания этот монастырь.

После войны под аплодисменты общественности перенесли на место колокольни памятник Пушкину с Тверского бульвара. За памятником, где триста лет цвел собор, разбили сквер с фонтанами.

С тех пор с ломом приходили на площадь не раз. Лет тридцать назад уничтожили "Дом Фамусова" времен Екатерины II, где, по преданию, Грибоедов подсмотрел типы "Горе от ума". Пошел под бульдозер примыкающий к нему квартал, чтобы разместить новый корпус "Известий", не самое лучшее творение мастерской архитектора Юрия Шевердяева, построившего за сквером кинотеатр "Россия".

Третий раз при советской власти поиздевались над площадью, когда покончили со старинным кварталом между бульваром и Большой Бронной. Там, на углу, многие москвичи помнят, существовала аптека, помянутая Пушкиным в "Евгении Онегине".

По легенде, живший на Пушкинской площади бывший председатель исполкома Московского Совета Яснов пригласил в гости первого секретаря МГК партии Гришина и во время застолья подвел к окну. Сверху открывался неприглядный вид на залатанные крыши и замусоренные дворы квартала, кроме аптеки известного шашлычной и молочной столовой, открытой взамен пивбара. Строения с 1917 года капитально не ремонтировались. Участь их была решена.

Так появился сквер с фонтаном, получивший название Ново-Пушкинский. Деревья за минувшие годы окрепли, но им не под силу заполнить вакуум, образовавшийся после операции по живому. Вышел на передний план многоэтажный дом на Бронной, построенный для первых лиц советской Москвы. Их побаловали широкими окнами, они лентами тянутся вдоль фасада, облицованного кирпичом. Задрав голову, видишь на фасаде барельефы в память Любови Орловой и скульптора Томского. Примитивный по форме дом с неоштукатуренным фасадом кажется в окружении "сталинской архитектуры" голым.

Четвертый облом случился сравнительно недавно. О нем на Тверском бульваре напоминает заросший травой пустырь, безлюдный двор и обреченный на слом дом. На пустыре соорудили из дерева торговый павильон, напоминающий сарай. Пощадили часть усадьбы Салтыковой XVIII века. Ее дверь на замке.

Что в итоге имеем? Одну из самых несчастных площадей центра Москвы. Весной, когда распускаются листья, зелень скрашивает безрадостную картину. Но ей не прикрыть провалов, просчетов градостроителей. Памятник Пушкину гораздо ниже сломанной колокольни.

Как ни хорош монумент, роль архитектурной доминанты играть ему не по силам. Пушкинская площадь - позор поколения зодчих и бывшей власти. Так можно ли считать ее "национальным достоянием", чуть ли не равным Красной площади? Нет, конечно. Чему придавать статус особо охраняемой территории? Пустырю на месте библиотеки? Скверу на месте разрушенного квартала с аптекой?

Между тем народ призывают открыть новый "фронт борьбы, чтобы чиновники больше не могли игнорировать недовольство граждан". Всех пугают, что за памятником Пушкину появится "торжище с кабаками и казино, и позади него выроют огромный котлован для размещения автопарковки на месте старинного православного захоронения".

Политтехнологи создают общественное движение "За сохранение культурно-исторического наследия и среды жизнеобитания Москвы "Пушкинская площадь".

О каком культурно-историческом наследии речь? Что охранять? Среду "жизнеобитания", где возят между колесами стоящих в пробках машин закабаленных инвалидов, где снуют профессиональные нищие, торговцы цветами из Красной книги?

Такая удушающая среда "жизнеобитания" сложилась вокруг площади. Зачем ее оберегать, хочу спросить многоуважаемых народных артистов и непрактикующих архитекторов, подписавших открытое письмо "Торжище на место Пушки". Где вы видите, по вашим словам, "архитектурный ансамбль площади, являющийся важной составляющей облика нашего города, частью культурного наследия"?

Смешно, когда сравнивают разваленную и униженную Пушкинскую площадь с Трафальгарской. Там никто полтора века не нарушал сложившийся ансамбль. Никто не перетаскивал с места на место монументы, окружающие колонну Нельсона.

Кстати, на этой главной площади Лондона я попал: на вокзал железной дороги. Из него вышел на перрон, где ждали отправления поезда, ныряющие в подземные тоннели, пронизывающие Лондон.

Точно так ходят поезда под домами и храмами Парижа. Наверное, французы протестовали, когда собирались ломать "Чрево Парижа". Его прославил в известном романе Эмиль Золя. Сюда ночью ходили иностранцы. Я видел при белоснежном электрическом освещении колоссальный рынок в действии. В огромные стерильные павильоны везли свежие туши, развешивали мясо на крючки, чтобы утром продать оптовикам. Попробовал устриц в старинном ресторане, где сидели мясники. На фасаде "Поросячьих ножек" висела фирменная табличка, с гордостью вещающая, что заведение не закрывается ни днем, ни ночью, не прекращало работы во время революций и войн.

Но нет больше "Чрева Парижа". Сломали павильон, выкопали колоссальный котлован, которого так опасаются энтузиасты с транспарантами. И построили подземный Париж со станциями пересекающихся линий метро, бесчисленным количеством ресторанов и магазинов. Это торговый и развлекательный комплекс, подобный тому, какой с большим опозданием собираются создать на Пушкинской площади.

Надо ничего не видеть, не желать знать, чтобы кричать: "Мы в ужасе!", "Копают под Пушкина!" Нет никакого святотатства, если начнут рыть землю под монументом. Копать в Москве начали едва ли не с момента ее основания. Наземный город с палатами и церквами рос на Боровицком холме. Подземный город без устали сооружался под ними, алтарями храмов, в частности. Митрополиты и патриархи по этому поводу не роптали. Служили подземелья не для торговли и развлечений, как сейчас. Иные функции исполняли, но транспортная была и тогда. По подземным ходам можно было выйти к Москве-реке за водой во время осады, выйти незамеченным, спастись во время сильного пожара, когда горело все над головой.

Под "Метрополем" инженер Щекотов до 1917 года устроил тоннель, вызывающий восхищение современных горняков. Подземные коридоры-коллекторы пронизывают Москву, по ним постоянно ходят ремонтники.

Позже Лондона и Парижа Москва начала прокладывать линии метро. Разговоры о нем начались перед Первой мировой войной. Против строительства яростно возражали извозчики.

Теперь страшатся лишиться квартир жильцы Пушкинской площади, собирают подписи под письмами в прессу, градоначальству. Опасаются трещин в стенах, капризов подземных рек, потревоженных строителями. Понять коренных москвичей можно. Но и они должны понять: центр города принадлежит не только им. Без того, чтобы "копать под Пушкина", в XXI веке не обойтись. Ничего плохого не случится, если пройдут транспортные тоннели под бульварами, а "под Пушкой" появится парковка на тысячу машин и центр торговли и досуга, как на Манежной площади. Его котлованом запугивали. Все обошлось. "Охотный ряд" с утра до ночи полон.

Чего бояться, граждане? Копали недавно под храмом Христа. Патриарх благословил богоугодное дело. И бог не покарал строителей. Под землей появилась просторная церковь, способная принять десять тысяч человек.

Все помнят, как сопротивлялись подземному ярусу под сгоревшим Манежем. Никакого ущерба, выкопав котлован, ему не нанесли. Вместо одного выставочного зала получили два.

Я был бы очень рад, если бы Страстная площадь немыслимым чудом снова стала, какой была до "социалистической реконструкции". Если бы возродился, как храм Христа, собор Страстного монастыря с колокольней, воскресла чудная церковь Дмитрия Солунского. И на углу Тверской и бульвара открылись аптека и пивбар в сводчатых подвалах. Но для этого надо снести многоэтажный дом с магазином "Армения" и музеем Сергея Коненкова. Вырубить сквер напротив кинотеатра. Сломать фонтаны. Перенести памятник Пушкину. Кто на это пойдет?

Когда едешь на машине из аэропорта в Париж, влетаешь в давний тоннель, который тянется на километры. И у нас появились подобные проезды. Копать под старинными улицами в Москве начали при Хрущеве. Тогда тоннели появились под Новым Арбатом, Калужской, Серпуховской, Таганской и Триумфальной площадями. Эстакада перекрыла Самотечную площадь. На бульварах прорыли тоннель у Арбата. Все на этом закончилось. К власти пришел Брежнев, разгорелась "холодная война". Деньги пошли на ее разогрев. В столице СССР не сооружали дорогостоящие инженерные сооружения, какие множились в ХХ веке в городах Европы и Америки. Полвека упущено. Потому пробки.

Пришло время Москве расти вверх и вниз.

 

Агентство по оборонному сотрудничеству и безопасности (DSCA) Министерства обороны США уведомило Конгресс о возможной продаже Ираку бронированных машин, стрелкового оружия и другого военного оборудования на сумму, превышающую 1389 миллионов долларов. Конгресс имеет 30 дней на то, чтобы блокировать предложенную сделку, в противном случае соглашение вступит в законную силу.

Как сообщается в пресс-релизе агентства, правительство Ирака обратилось к США с запросом на приобретение 700 вооруженных версий высокомобильных бронированных машин M1151 HMMWV, 4000 приборов ночного видения AN/PVS-7D и 100 тысяч штурмовых винтовок M16A4.

Запрос также включает закупку 200 машин скорой помощи, 16 бульдозеров, 300 легких вооруженных грузовиков, 150 мотоциклов, 90 передвижных ремонтных мастерских, 30 20-тонных прицепов, 1400 8-тонных прицепов, 3000 грузовиков с колесной формулой 4х4, 120 топливозаправщиков, 80 тяжелых тягачей, 120 водовозов, 208 8-тонных тягачей, 800 легких трейлеров, 8 кранов, 60 тяжелых ремонтно-эвакуационных машин, другой техники и оборудования.

С начала января текущего года правительство США приступило к реализации 13-месячной программы по восстановлению и передаче силам безопасности Ирака более 4244 бронированных автомобилей HMMWV. Всего к концу 2009 года иракские силовые структуры планируют получить более 8000 бронированных машин HMMWV.

По оценке некоторых экспертов, с начала иракской кампании правительство США заключило контрактов на передачу вооружений силам безопасности Ирака стоимостью свыше 6 миллиардов долларов. Всего же за этот период Ирак приобрел оружия на сумму, превышающую 15 миллиардов долларов.